оставьте свой номер
 я перезвоню или напишу в мессенджер
написать мне в мессенджер
нажимая на кнопку "отправить" вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
оставьте номер для заявки на брендинг
 я перезвоню или напишу в мессенджер
написать мне в мессенджер
нажимая на кнопку "отправить" вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
оставьте номер для заявки на landing page
 я перезвоню или напишу в мессенджер
написать мне в мессенджер
нажимая на кнопку "отправить" вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
оставьте номер для заявки на разработку сайта под ключ
 я перезвоню или напишу в мессенджер
написать мне в мессенджер
нажимая на кнопку "отправить" вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Кармен с Дерибасовской
Автор: Валерия Болдышева
1 200
р.
Выберите вид книги
«Поведение как у всех - всем понятно и не волнует, имитация и подражание приятны окружающим. Другое дело - дерзкая, красивая девчонка, раздражающая всех неожиданными выходками, с целью не то рассмешить, не то удивить не то поразить…
- Хватить тошнить на жизнь, -говорила она по-одесски, голосом умудренном нелегким опытом жизни всем известной тети Розы, героини всех одесских анекдотов: «Лёва, слушай сюда и запоминай: женщина — это всегда сюрприз, но таки не всегда подарок!
— Изя, слушай маму и привыкай соображать! Если тебе нравится Хайя — терять время нельзя: женщины не молодеют, они становятся умнее. И шансов жениться на ней у тебя всё меньше и меньше!
— Фима, вы знаете, шо тaкое этикет?
— Шо?
— Этикет — это когда думаешь: «Чтоб ты сдох!», а говоришь: «Здравствуйте!» Кармен любила все «за тетю Розу».
Хватит тошнить на жизнь, а то захлебнемся все от ответа жизни нам тем же!
И она не «тошнила» сама и не давала «тошнить» другим» Она не хотела злить кого бы то ни было. Но как с именем «Кармен» можно было жить в Одессе и не стать оригиналкой? - об этом новелла «Кармен с Дерибасовской»
На Дерибасовской если не во всей Одессе её знали все: черное облако запутанных приморским ветром кудрей, глаза - черные, в действительности тмного шоколада - карие с поволокой от длинных черных прямых стрел ресниц, которые обычно принято называть «Ах, эти черные глаза!» и дальше - «меня пленили…».
Яркий красный рот без помады, с соблазнительно загнутыми вверх уголками губ, как в постоянной насмешливой полуулыбке.
Ямочка на подбородке, который можно было бы считать или волевым или упрямым в зависимости от настроения смотрящего на это прекрасное лицо с крутым черным росчерком подвижных бровей.
«Цыганка, воровка» - ту же решали одни, глядя на нее. «Прекрасная Рахиль - еврейка» - были уверенны другие.
«Всё-таки красивы украинские женщины» итожили третьи в стиле гоголевского - «тиха украинская ночь».
А она? Она любила знать в себе «я - персиянка» и изучала до состояния «наизусть» труд Фридриха Ницше «Так говорил Заратуштра» разбираясь с зороастризмом, который почему-то влек её к себе неодолимо. Её прабабушкой действительно была персиянка, которую пленной привез её прапрадедушка. чтобы она стала его женой и матерью его пятерых детей.
Предания рода хранило, что прапрабабушка никогда не произнесла ни слова и все считали её немой, заговорила она перед смертью, её спросили «как она могла молчать столько лет - 75, и она ответила «итак понимали все» - говорящими выразительными были её прекрасные черные глаза.
Кармен с Дерибасовской боготворила свою прапрабабушку и узнавая нравы и обычаи персов узнала о зороастризме, благом боге Ахурамазде - Духе Света и Духе Зла Ангхро Майнью или Аримане - злом Духе тьмы .
Она разжигала огонь - святыню зороастризма - везде, где было возможно: то большой костер на поляне, когда языки пламени лизали чернеющий ночной воздух, то несколько прутиков, которые ярко горели, в предрассветном воздухе на влажном от ночного бриза песке пляжа, потрескивая, бросая в небо яркие искры света собирали симфонию из света еще видимых в рассветном воздухе далеких звёзд, из однообразного ритма качающихся звуков волн, вовлекающего чувства в мистику бесконечности времени. Симфонию дополнял монотонный шорох - таинственное, тихое нашептывание частицами песка тайн дна недостижимых глубин моря.
Чаще она разжигала тоненькие веточки в большой керамической вазе у себя на письменном столе,и они неровными отблесками света вдруг создавали волшебный танец греческих нимф, изображенных на внутренней поверхности чаши.
На этом столе она любила что-то «поделать»: порисовать профили, выдающие характеры самолюбивого позерства мужчин, или самовлюбленности, корыстной ожесточенности лиц женщин, непосредственной влюбленности в жизнь и все в ней существующее в лицах детей,их безудержное веселье в смеющихся лицах. Она любила рисовать или лепить неповторимые росчерки крыльев птиц, очертания кряжистых стволов и сказочно причудливых разветвлений ветвей крон деревьев…
Ося - её парень,она была в него влюблена - смущенно, радостно, взволнованно - Иосиф как звали его родители, говорил ей:
женщина должна быть с характером, должна удивлять, где-то даже поражать, но не шокировать…
картинно - задумчиво забросив руки за голову Кармен смотрела в небо, потом озорно рассмеявшись коротко бросала:
Сгинь, Ариман, хочешь-не хочешь - огонь есть огонь, не оставит того, что только гнить способен, а гореть не умеет…
Но огонь испепеляет…
«Отойди, не гляди, нету сил никаких», - напела низким деланным голосом Кармен цыганскую песню, и добавила широко раскрыв блестящие черные глаза:
Испепелю, потому что люблю…
Договорить не успевала Ося хватал её в объятия и зацеловывал все её готовые сорваться с уст слова.

Она писала стихи о безумстве полетов чаек над штормовым морем, и наброски прозы о улицах Одессы, о бездонной грусти или неудержимом веселье её обитателей. - Все крайние стадии чувств будоражили в ней самой то, что она считала главным в человеке - костер чувств и жгучее пламя мыслей.
Еще она всегда уместно на улицах или неуместно в учреждениях носила платья, расцветкой напоминающие пламя костров. Платья, с широкими, углами резанных клиньев юбок, чтобы когда она резко разворачивалась, а делала так почти всегда - пламя взлетало вокруг неё.
Но более всего она любила сочинять танцы - зарисовывая силуэты танцовщиков, то в летящих шпагатах в воздухе с запрокинутым головами и по лебединому вытянутыми шеями, то распластанными по полу с натянутым струной телами… при этом в голове у нее звучала музыка, чаще всего в ней доминировала филигранная вязь бешеной дроби ритма и стремительного темпа звуков скрипки… Эта музыка не была классической - Кармен или Армен как звали её дома и друзья - была образована музыкально, литературно и не только - широкая образованность была стилем и традицией её рода. Эта музыка рождалась в глубинах её сознания
2.
На сцену в проекте «украйна мае талант» вышла одиноко выглядевшая на большой сцене девушка. «Одинокость» ощущалась из-за её тоненькой фигурки и от того как она держала голову на слегка наклоненной тонкой шее.Её платье обтягивало точенные тонкие плечи и длинные руки с удлиненными кистями и тонкими пальцами.
Жёстко стянутая корсетом со шнуровкой изысканных линий тоненькая «веточка» талии и из нескольких воланов расширяющаяся к низу юбка, от чего юбка выглядела «водопадом» ткани. Многочисленные ремешки туфелек на голых ступнях.
Ровно и спокойно глядя на судейскую группу она ждала их вопросов после ее единственного слова «витаемо вас».
- Вы пришли танцевать?
- Да, так.
- Представьтесь, пожалуйста.
- Маша,Мила, Муся, Манон, Армен, Кармен…
- достаточно имен для одной выступающей!
- Откуда вы?
- С Дерибасовской…
- Это что город или страна? - пошутил один из судей, сидевший с левого края.
- Все знают, что это еврейский автономный край, но его государственный статус еще не оформлен - пошутила она, хотя голос её слегка дрожал от волнения.
- Что вы будете танцевать?
- Кармен -данс.
- Ну давайте, Кармен с Дерибасовской, танцуйте.
- Благодарю, теперь, в эту минуту - меня зовут Кармен с Дерибасовской из группы «Маша, Мила, Муся, Манон и я - солистка Кармен».
- Вы - одна исполните танец группы?
- Да.
Made on
Tilda